В 1970 году первый человек, ступивший на поверхность Луны, Нил Армстронг, посетил СССР. Визит особо не афишировался, поскольку признавать чужие достижения государственный пиар не позволял, а широкие массы трудящихся, если бы они познакомились с астронавтом, могли перевозбудиться от торжества общечеловеческих, а не коммунистических ценностей. Валентина Терешкова лично прицепляла некий почетный знак на лацкан пиджака Армстронга — тогда еще было принято считать, что мирные достижения в космосе важны для всего человечества. К тому же начала оформляться политика разрядки, а через пять лет состоялась стыковка «Союза» и «Аполлона» (совместная программа была запущена в мае 1972 года, когда Брежнев и Никсон впервые встретились на высшем уровне). Шли годы, смеркалось, и вот роль Валентины Терешковой была резко приземлена в жесткой политической посадке: ее легендарную харизму в 2020 году использовали для обнуления сроков президента Путина. С общечеловеческих высот пришлось спуститься на тираническую низменность. А дальше была катастрофа февраля 2022 года и отставание России в космической области: единственное, чем могли ответить «русские» на полет к Луне «Артемиды‑2», это размышлениями о том, что мы, мол, скоро и вовсе на Марс полетим. Кстати, на Марсе мы уже были: «Марс‑3» побывал там в 1971 году, а в 1975‑м станции «Венера‑9» и «Венера‑10» передали на землю фотографии Венеры.
«Защитник неба»?
Путин не поздравил Трампа с полетом «Артемиды‑2». США, при всей химии между двумя автократами, остается противником, и чем дальше, тем в большей степени. Опять-таки — как велика разница между двумя эпохами: 12 апреля 1961 года Джон Кеннеди немедленно направил поздравительную телеграмму «председателю Хрущеву». Для него космическая гонка была вопросом престижа Соединенных Штатов, но и не менее важными были достижения для развития всего человечества — в гуманистическом и научном измерениях.
На этом снимке, сделанном экипажем миссии Artemis II во время пролета мимо Луны 6 апреля 2026 года на борту космического корабля Orion, виднеется тонкий слой далекой Земли за краем Луны. Фото: NASA
До сих пор российское общественное мнение знает два подлинных достижения многострадальной родины — победу в Великой Отечественной и полет Гагарина (ну, и поэзия Пушкина дополняет этот ряд; иногда вспоминают Высоцкого или хоккеиста Харламова, а они уже давно не могут ответить на циничную эксплуатацию их образов). И это все. Поэтому Гагарина приписывают чуть ли не к «успехам» Путина, как если бы он полетел в космос не 65 лет тому назад, а прямо вот сейчас. На автобусных остановках иногда появляются плакаты с загадочными письменами — «Пушкин — защитник слова», «Гагарин — защитник неба». Ну да, страна лелеет и пестует свой имидж вечно осажденной крепости и воспитывает в своих подданных стокгольмский синдром по отношению к Кремлю... Так вот Гагарин полетел в космос, что понятно продвинутому детсадовцу, а не слепоглухонемому путинисту, в период Хрущева. Без той минимальной степени свободы, которой окрасился период оттепели, без моды на науку не было бы и Гагарина, и последующих успехов в космической области — в период детанта.
Приоритеты государства всегда выдают с головой государственную власть. Можем ли мы сейчас представить полноценную программу совместного освоения космоса с Соединенными Штатами. Во‑первых, Штатам сейчас, скорее, сподручнее обсуждать эти сюжеты с Китаем, далеко обошедшим в освоении космоса путинскую Россию. Во‑вторых, ядерный удар и «лестницу эскалации» мы представить можем, а совместную программу — нет. Как не можем представить и космическую гонку. Потому что при всех рисках милитаризации космоса она может носить исключительно мирный и общечеловеческий характер. Дроновая гонка, «готовые металлические изделия» — да. Но это не про развитие человека и даже не про его жизнь (а совсем наоборот). Наука может стать популярной — как математические и физические школы — только если есть внятная цель, причем гуманистического характера. А позитивное целеполагание у нынешнего политического режима отсутствует полностью.
Такие разные черные дыры
На следующий же день после полета Гагарина Кеннеди вызвал своего ближайшего советника и спичрайтера Теда Соренсена, и поручил ему заняться космической темой — президент США, пришедший под лозунгом «придать этой стране движение» (не сделать ее «снова великой», а «придать движение» — гигантская разница: устремленное в будущее страна и проваливающаяся в прошлое), готов был вступить в мирную космическую гонку с Советами. И в то же время, разумеется, предотвратить милитаризацию космоса. 14 апреля 1961‑го Соренсен собрал совещание специалистов. При всем скептицизме и понимании огромных затрат, Америка готова была поставить себе амбициозные цели. Именно тогда впервые прозвучала идея отправки человека на Луну. 5 мая астронавт Алан Шепард побывал в космосе. 25 мая в президентском послании Кеннеди обозначил цель «великого нового американского предприятия» — в течение десятилетия отправить человека на Луну и безопасно вернуть его на землю. Кеннеди уже давно не было на свете, а цель, более внятная и реалистичная, чем построение коммунизма к 1980 году, была достигнута 20 июля 1969 года. Тогда же Нилом Армстронгом были сказаны важнейшие — не для Америки, для мира — слова: «Это один маленький шаг для человека, но гигантский скачок для всего человечества». До этого, в 1965‑м, шаг в открытый космос сделал Алексей Леонов — тогда американцам казалось, что они отстают.
Приводнение капсулы Artemis II в Тихом океане. 10 апреля 2026 года. Фото: NASA
Это — совершенно не знакомая сегодня версия патриотизма. Патриотизма планеты Земля, всего человечества. Не разрушительная версия, а созидающая, вдохновляющая, стимулирующая. Было чем гордиться не только СССР и США, но и человечеству. Первые «Луноходы», первая орбитальная станция, высадка аппарата на Марсе, полеты к Венере, Сатурну, Юпитеру. Это все первая половина 1970‑х. Наконец, стыковка «Союза»-«Аполлона» в июле 1975‑го. Мне было тогда 9 лет — каждый школьник знал имена не только Леонова и Кубасова, но и Стаффорда, Брэнда, Слейтона. Было ощущение общего достижения и благостных перспектив... Полвека спустя — окукливание в своих националистических капсулах, безумные траты не непроизводительные цели (а на эти деньги можно было строить больницы и школы, и лететь в космос), никаких перспектив, никаких целей, кроме «безопасности» десятка человек, сидящих в Кремле и на Лубянке и «возвращения земель». Пора бы уже оторваться от земли, но для этого нужно радикально поменять способ мышления о мире... И не проваливать деньги налогоплательщиков в черную дыру, а изучать космические черные дыры.
В сети появилась шутка — вместо Баканова на пост главы «Роскосмоса» назначен Юрий Лоза с его песней «Земля в иллюминаторе». «Рокот космодрома» «снится нам» все реже и реже: по пускам путинская Россия отстала от США в 10 раз, от Китая — в пять. Уровень пусков‑2025 сравним с 1961 годом. Но тогда все только начиналось и у нас был Гагарин. Сейчас у нас все закончилось — в смысле развития и понимания перспектив для страны, и никакого Гагарина, кроме образа на бездарных плакатах и фотографий в зоне прилета Шереметьево, нет.
Вот в чем можно быть уверенным — и при Путине не будет. Символ страны — не человек в скафандре, а человек в маске. И «космонавтами» теперь зовут не покорителей космоса, а тех, кто забрасывает людей в автозак. Так что не надо думать, что Путин восстанавливает Советский Союз: до Советского Союза Путину — как до Луны.
* Андрея Колесникова Минюст РФ считает «иностранным агентом».